Экс-депутат рады рассказал о последствиях блокады Крыма для Украины
Ольга Гороховская: Проза Довлатова Назад
Ольга Гороховская: Проза Довлатова
В нынешнее время русскую эмиграцию принято делить на три волны. Первая волна - это уехавшие за границу в довоенный период, затем - послевоенный, и третья волна, в которую попал не только Довлатов, но и многие другие известные писатели, которых в советской России принято было считать диссидентами.

Конечно же, уезжали за границу не только литераторы, но и многие другие, в свое время, не устроившие советскую власть.

Третья волна эмиграции, иногда именуемая диссидентской, началась в начале 1970-х годов и она существенно отличалась от двух первых тем, что ее представители родились уже в годы советской власти и выражала она свое самосознание словами "Я выбрал свободу".

Условно, Третью волну можно разделить на две группы: а) выезжающих на историческую Родину; б) диссидентов добровольно или вынужденно покидавших родину.
Большинство будущих эмигрантов были свидетелями победы советского народа над мировым фашизмом, испытали гордость за свою страну и боль утрат, искренне любили Россию, верили, что борются за её освобождение от коммунистического рабства, возрождение национальной России. Многих из них коснулись сталинские репрессии.
Немаловажную роль для этого поколения сыграл этот факт - формирование в военное и послевоенное время.

С надеждой был встречен XX Съезд КПСС. Однако вскоре стало очевидно, что коренных перемен в жизни не будет. На первых порах об эмиграции никто особо не помышлял. Поколение "шестидесятников" верило в ленинскую правоту, или, как тогда говорили, "ленинские нормы партийной и государственной жизни", якобы искаженные Сталиным. В произведениях превалировала идея нерушимость нравственных ценностей. Писатели искренне пытались разобраться в недавнем прошлом, предостеречь от его повторения. Возродились все жанры поэзии: социальная, философская, песенная, интимная. Возобновились поиски в области прозы и поэзии, так и живописи, театра и кино.

Началом "свертывания свободы" принято считать 1963 год, когда состоялось посещение Н.Хрущевым выставки художников-авангардистов в Манеже. Именно, после хрущевской "оттепели" и поднялась волна, вынесшая за пределы России крупнейших писателей. Первым, высланным за границу писателем, становится В.Тарис в 1966 году.

Последующие двадцать лет стагнации стали тяжелым испытание для творческой интеллигенции. Писателям мыслящим противоположно политическим позициям властей, было фактически невозможно найти путь к читателю. Однако, не смотря на противодействие органов КГБ, писатели передавали свои произведения на Запад, где они издавались, а затем возвращались в страну ("тамиздат"). И начались серьезные гонения. Одной из форм такой эмиграции стало лишение гражданства деятелей культуры.

Уже в начале 1970-х СССР начинает покидать интеллигенция, деятели культуры и науки, в том числе, писатели. Из них многие были лишены советского гражданства (А.Солженицын, В.Аксенов, В.Максимов, В.Войнович и др.). С третьей волной эмиграции за границу выезжают: Аксенов, Ю.Алешковский, Бродский, Г.Владимов, В.Войнович, Ф.Горенштейн, И.Губерман, С.Довлатов, А.Галич, Л.Копелев, Н.Коржавин, Ю.Кублановский, Э.Лимонов, В.Максимов, Ю.Мамлеев, В.Некрасов, С.Соколов, А.Синявский, Солженицын, Д.Рубина и др. Большинство писателей эмигрирует в США, где формируется мощная русская диаспора (Бродский, Коржавин, Аксенов, Довлатов, Алешковский и др.), во Францию (Синявский, Розанова, Некрасов, Лимонов, Максимов, Н.Горбаневская), в Германию (Войнович, Горенштейн).

Писатели, покинувшие страну, оказались в совершенно новых условиях. Во многом они не были приняты своими предшественниками, так сказать - были чужды "старой эмиграции". В отличие от первых двух волн эмиграции, не ставили перед собой задачи "сохранения культуры", это был совершенно иной жизненный опыт, мировоззрение и даже разный язык.

Тут возможно, стоит сделать небольшое отступление. Русский язык, как в СССР, так и за границей (для его носителей) за последние полсотни лет претерпел значительные изменения. Переход от эпохи классической русской литературы к новому литературному времени был весьма активным - смена эстетических ориентиров, обновление литературных приемов. Большое внимание стало уделяться не только творчеству, форме, но и общественной позиции писателя, его связи с политической жизнью страны. Творчество писателей Третьей волны оказалось под влиянием латиноамериканской и американской литературы. Авангард и постмодернизм - тяготение к этим течениям явно прослеживается в творчестве Третьей волны, хотя если говорить в целом, то творчество было весьма разнородным (как говорил Коржавин: "это "клубок конфликтов": "Мы уехали для того, чтобы иметь возможность драться друг с другом").

    
Он родился в эвакуации и умер в эмиграции

Сергей Довлатов - сын Ленинграда: "Без труда и усилий далась Ленинграду осанка столицы. Вода и камень определили его горизонтальную помпезную стилистику. Благородство здесь так же обычно, как нездоровый цвет лица, долги и вечная самоирония. Ленинград обладает мучительным комплексом духовного центра. Сочетание неполноценности и превосходства делает его весьма язвительным господином" (27, II, 87).

В аннотациях почти ко всем его книгам пишется, что он "родился в эвакуации и умер в эмиграции". Писательский дар Довлатова проявился в нем еще в Ленинграде, а успех пришел в Америке, где он жил с 1979 года.

По словам Александра Гениса, Довлатов стал голосом "исповеди последнего советского поколения". Он готовился, как и многие эмигранты, зарабатывать на жизнь физическим трудом... С этого начинали почти все литераторы. Как известно, Э.Лимонов, был официантом, публицист Г.Рыскин - массажистом, спортивный журналист А.Орлов присматривал за лабораторными кроликами. Несказанно тяжелее других, пришлось автору детективных романов Незнанскому. На фабрике, где он служил уборщиком, стали довольно грубо измываться над мягким и симпатичным Фридрихом, когда узнали, что он из юристов, - им в Америке завидовали и их ненавидели.

Проза С.Довлатова проста. В его творчестве есть редкое, не характерное для русской словесности соединение гротескового мироощущения с удивительной благородностью, без обличительства. В его произведениях нет праведников, он передает мироощущение поколения 1960-х годов, действительность в родной стране, мытарства русских эмигрантов в Америке. Рай и ад - внутри каждого человека. В самом начале "Зоны", произведения, написанное еще в России, собранное и воспроизведенное с микропленки в Америке, Довлатов пишет: "По Солженицыну, лагерь - это ад. Я же думаю, что ад - это мы сами...". Довлатов верил в "улыбку разума". Его впечатляла позиция И.Бродского, как он сам выразился в эссе о Довлатове "...идею индивидуализма и принцип автономности человеческого существования более всерьез, чем это было сделано кем-либо и где-либо".

Чехов, Зощенко, "Театральный роман" М. Булгакова, Шервуд Андерсон, Хемингуэй, Фолкнер, Сэлинджер, Джойс - в центре пристального внимания Довлатова. Восхищение также вызывало творчество Ф.Достоевского, которому впрочем, он не подражал.
До эмиграции им была написана единственная крупная вещь, роман "Один на ринге".
История "Зоны" весьма интересна: создание этой небольшой книги заняло у Довлатова довольно много времени - с 1964 по 1984 год. Изначально главы этого произведения были небольшими самостоятельными новеллами. Первое издание которых, появилось в 1982году, спустя четыре года после того, как писатель покинул Ленинград. Вышедшая в издательстве "Эрмитаж" (США) книга, в первой редакции была представлена без рассказа "Представление", написанного значительно позже - в 1984 году. Окончательная редакция "Зоны" была выпущена в 1989 году, когда автор готовился к публикации на родине.

Фразу Михаила Зощенко: "от хорошей жизни писателями не становятся" - Довлатов высоко ценил и часто повторял, когда речь заходила о цене, которую творец платит за свои произведения.

Этой самой - "нехорошей жизни" - Довлатов хлебнул предостаточно. Он родился в семье эвакуированных из Ленинграда во время войны, семье театральных работников. С 1944 по 1978 год жил в Ленинграде, с перерывом на армейскую службу (1962-1965) и журналистскую работу в Таллине (1972-1975). В 1959-1962 учился на финском отделении филологического факультета Ленинградского университета. В 1962 году, забросив учебу и вынужденно покинув стены Ленинградского университета, он три года проходил "университеты" в системе ВОХРа. Работал в малотиражных газетах, а также сторожем, камнерезом, экскурсоводом в Пушкинском заповеднике. Эмигрировав в 1978 году, вместе с семьей поселился в Нью-Йорке и был главным редактором русскоязычной газеты "Новый американец" (1980-1983), работая также на радио "Свобода".

В этой книге автор не осуждает никого из своих персонажей, он знает: большинство наших претензий к людям мы с полным основанием можем предъявить самим себе. Его герои - современники, при всей своей общительности, одиноки. Тотальное одиночество присущее многим писателям, имело место быть и в мироощущении Сергея Довлатова. Его "лирический герой" - человек, ни в чем не завышающий уровень самооценки. Характерно при этом представление Довлатова о гении: "бессмертный вариант простого человека".

Влияние Хемингуэя ощущается в произведениях Довлатова. Самые неловкие из них - концовки рассказов в "Зоне": "Но главным было то, что спит жена. Что Катя в безопасности. И что она, наверное, хмурится во сне..." и тут важно то, что он взял у Хемингуэя не только "скупую слезу", но и знаменитые дырки в повествовании. Довлатов использует особую пунктуацию: эдакие "сплошные многоточки". Он считал, что "пунктуацию каждый автор изобретает самостоятельно". В его литературе многоточия были авторским знаком.

Обаяние прозы Довлатова на том и замешено: все его "смешные истории" рассказаны для людей, знакомых с "незримыми, невидимыми миру слезами". Правду вымысла писатель ценит выше правды факта.

Рассказы и повести продолжают, как заметила исследовательница его творчества Н. Выгон, традицию "маленького человека". Это не Акакий Акакиевич Н. Гоголя, не сентиментальный Макар Девушкин Ф. Достоевского, не горьковские "маленькие люди делающие большую работу". "Маленькие люди" Довлатова обладают библейской эпичностью и вместе с тем живут вполне земными заботами. Он от роли учителя жизни отказывается и выступает в роли рассказчика увлекательных, смешных, трогательных историй, вызывающих одновременно и радость и грусть. Отношения между людьми в его прозе в равной степени горестны и смешны. Его интересовало в первую очередь разнообразие самых простых ситуаций и самых простых людей.

Стилизация под живой рассказ и более того - под документ, за которым кроется талант, мастерство диалогов и монологов, мягкий юмор.

Манеру непринужденного рассказа о хороших людях, преодолевающих абсурд жизни, писатель сохранил и в произведениях о русской эмиграции, лучшим из которых является повесть "Иностранка" (1986). "Не следует думать, - написал Иосиф Бродский о Сергее Довлатове, - что он стремился стать американским писателем, что был "подвержен влияниям", что нашел в Америке себя и свое место". Даже в тех случаях, когда сюжеты прозаика родились - как и в повести "Иностранка" - собственно в США, изображал Довлатов не "американскую жизнь", а жизнь наших соотечественников в новых для них условиях диаспоры. Впрочем, прозаик описывает тот случай, когда и самой диаспоры, рассеяния, толком осязать никому не удалось. Никто из его героев от самого себя не уехал, изменить себя им невмоготу.
    
Все те черты, что довлатовские персонажи приобрели на родине, в эмиграции проявились у них ярче, резче, едва ли не утрированнее. В этом и состоит одно из кардинальных художественных наблюдений Довлатова, отчетливее переданное именно в "Иностранке": за границей и лучшие, и худшие свойства человеческой натуры проступают наружу со всей определенностью, проступают сильнее, обостреннее, чем прежде.

Та выставка непроизвольных шаржей, что развернул прозаик в "Иностранке", передает именно это ощущение, обоснованное прежде всего опытом авторского самоанализа и подтвержденное в повести помещенным в ней автопортретом.

Довлатов жил в Нью-Иорке на той же 108-й улице Квинса, в одном из "шести кирпичных зданий вокруг супермаркета", где разворачиваются события повести, и признания рассказчика: "Я жил не в Америке. Я жил в русской колонии", выражает его личный, никак не посторонний к ним интерес. "Иностранка", написанная в 1985-1986 годах, была тут же издана в Нью-Йорке издательством "Russia Publishers" и живо обсуждалась в эмигрантской колонии. Еще при жизни писателя повесть была переведена на английский, но, увы, напечатана уже после его смерти известным нью-йоркским издательством "Grove Weidenfeld" в 1991 году.

Волнуют его частные интересы и частные случаи, к ревнителям господствующей морали он всегда относится с подозрением. Писатель на стороне тех, кого общественное мнение расценивает как людей лишних и никчемных. Пример тому - и героиня "Иностранки", и сам ее автор, оказавшийся лишним человеком в нашем богоспасаемом отечестве.

По Довлатову, окружающий нас мир "знаком и противен", а жизнь - грустна. Следовательно, не будем делать ее вовсе безнадежной. Будем улыбаться. Хотя бы как ограбленная героиня в финале одного из любимых фильмов Довлатова "Ночи Кабирии". Будем жизнерадостны. Хотя бы как Маруся Татарович.

Смеются там, где плачут. Это не притча о дураке, перепутавшем похороны со свадьбой. Это содержание и смысл прозы Сергея Довлатова, одного из умнейших прозаиков последних десятилетий.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

1.    Сергей Довлатов, "Иностранка". Изд. "Азбука-классика", Спб. 2003;

2.    Сергей Довлатов, "Зона". Изд. "Азбука", Спб. 2002;

3. Бродский И. О Сереже Довлатове // "Звезда". 1992. N 2. с. 6).

4. Александр Генис - Довлатов и окрестности (Главы из книги) // Иностранная литература, 6. 1998 // стр. 220;

5.    В. В. Агеносов "Литература русского зарубежья", Изд. "Терра-спорт", М. 1998.

viperson.ru
ulduz.su

Док. 633031
Перв. публик.: 07.12.10
Последн. ред.: 19.06.13
Число обращений: 0

  • Хрущев Никита Сергеевич
  • Аксенов Василий Павлович
  • Солженицын Александр Исаевич
  • Войнович Владимир Николаевич
  • Публицистика

  • Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``